Ленинградский геофизик


Юрий Николаевич Капков.
Выступление 2 марта 2000 на встрече с выпускниками ГФФ ЛГИ

Дорогие мои Друзья!

Если бы Вы знали, какую мне громадную радость доставляет эта встреча с Вами! Встреча неофициальная, дружеская, семейная! Какую благодарность я ощущаю за всё здесь сказанное, хотя прекрасно понимаю: чем великовозрастней юбилей, тем больший понижающий коэффициент надо вводить на все хвалебные речи, чтобы вышелушить истину.

Для меня прошедший год был проклятым: я потерял столько близких и продолжаю терять. Я потерял, прежде всего, самого для меня дорогого человека, с которым в любви и согласии прожил 54 года, а был знаком с 1 сентября 1938г…

Поэтому для меня эта встреча лучшее сердечное лекарство. Спасибо Вам огромное!

Пользуясь этой встречей, хочу побеседовать, повспоминать вместе с Вами и хочу узурпировать для этого 20 минут. Ведь всё равно деваться Вам некуда.

Итак, как говаривал один из персонажей Антона Павловича, если бросить ретроспективный взгляд на всё прожитое и пережитое, то, несмотря на обилие чёрных полос, должен сказать, что судьба всё же ко мне благосклонна.

Я уцелел на войне. Перешагнул, хотя и не мечтал порог тысячелетия. Ведь астрономы считают, что третий миллениум уже наступил.

В 1938 году меня, как отличника Полтавской средней школы, приняли в Горный без экзаменов. Хотя начальству было прекрасно известно, что мой отец с августа 1937 года сидел в Полтавской тюрьме и умер там же 30 ноября 1938 года, так и не дождавшись приговора, несмотря на зверствование тогда пресловутых троек.

Подумайте! Ведь это был Ленинград, 1938 год! И что удивительно: за всё время обучения никто ни разу не поставил мне это лыко в строку. До конца дней своих буду благодарен тогдашнему начальству за такое решение моей дальнейшей судьбы.

Я счастлив и благодарен судьбе тем, что она отдала меня в руки таких чудесных учителей, как, прежде всего, нашей знаменитой геофизической казанской троице: Л.Я. Нестерову, А.А. Логачёву, Б.А. Андрееву. Казанской потому, что все они закончили физмат Казанского университета.

Такого удивительного человека и математика, как А.М. Журавский.

Таких прекрасных геологов как Дмитрий и Борис Васильевич Наливкины, П.М. Татаринов, И.Г. Магакьян, С.В. Кумпан, Ю.А. Жемчужников, тогдашнего нашего декана М.М. Тетяева, Н.И. Толстихина. Таких геологов ВСЕГЕИ, в экспедициях которого я работал после института: Д.В. Вознесенский, В.И. Серпухов, Н.К. Морозенко, М.И. Ициксон, который к тому же вместе с Н.К. Разумовским, этим пионером матметодов в геологии, были оппонентами моей диссертации.

Они, мои учителя, учёных с мировыми именами, учили нас не только профессии, специальности, они учили нас уму-разуму, учили жить.

И, прежде всего, как писал Р. Рождественский, учили помнить долг от первого мгновенья до последнего. А как говорил ещё 600 лет тому Сергий Радонежский: "Долг, обязанность есть первая ступень всякого постижения". Долг перед страной, перед отраслью, перед профессией, перед товарищами.

Учили нас быть искренними и правдивыми, ибо без всего этого нет доверия в геологии. Иметь всегда собственное независимое мнение, уметь видеть перспективу развития, ибо как говорил Наполеон в назиданье нынешним нашим правителям: "Управлять, значит предвидеть". Быть принципиальным и уметь принципиально отстаивать собственное мнение, независимо от сиюминутных настроений вышестоящих начальников.

И главное: они не только этому учили, они у нас на глазах сами так и поступали.

Я имею в виду, прежде всего, Л.Я. Нестерова, А.А. Логачёва и Д.В. Вознесенского. Л.Я. Нестеров, первый в истории Геолкома-ВСЕГЕИ геофизик директор этого ведущего института, был снят с директорского поста за то, что имел собственное мнение о развитии геологической службы и геофизики, отличное от мнения начальства и принципиально его отстаивал.

По той же причине слетел с директорского кресла ВИРГ'а А.А. Логачёв. А ведь он был организатором ВИРГ'а и первым его директором.

Д.В.Вознесенский - близкий друг и соратник Ю.А.Билибина, член, как мы называли, "билибинского гнезда", которое в невероятно жёстких и суровых условиях конца 20-х годов открыли для СССР Золотую кладовую Колымы. За это он получил орден Трудового Красного Знамени, а потом по вышеуказанной причине отсидел 260 дней в камере смертников. Самое удивительное то, что когда Ю.А.Билибин со товарищи вытащили его из застенка, он не сломался, не потерял вкус к жизни, учил нас первым опытам комплексирования геолого-геофизических методов при поисках урана, учил как доверять молодым и как их опекать, и воспитал целую плеяду учёных и деятелей геолслужбы.

Я благодарен судьбе, что из моих восьмидесяти (что чуть больше существования в ЛГИ геофизической специальности - первой в мире специальности по разведочной геофизике), 47 лет моей жизни были связаны с Alma mater, а из них 6 лет с перерывом на войну - студенчество и 41 год преподавательской работы - ровно столько, сколько просуществовал геофизический факультет. Я горжусь тем, что 20 лет день в день мои товарищи доверяли мне быть деканом факультета.

Я счастлив тем, что всё это время работал с дружным коллективом обеих спецкафедр и проблемной лаборатории, которые состояли в основном из воспитанников нашей школы и были одной командой единомышленников, моих однокашников, друзей и коллег, бесконечно преданных нашему делу и служившие ему не за страх, а за совесть, работали, не считаясь со временем.

Этими традициями, которые не только поддерживались, но и развивались, этой аурой, созданной нашими учителями, были пропитаны все кафедры, все студенты, весь факультет. Факультет всегда имел собственное мнение о развитии учебно-научных дел, принципиально и независимо своё мнение отстаивал, что не нравилось начальству. За эту строптивость руководство факультета не раз "награждалось" оплеухами выговоров.

Не могу не сказать о женщинах деканата, без которых я не смог бы справиться со всей деканатской работой. Это, прежде всего Роза Дмитриевна, царство ей небесное. Она знала всех и всё на факультете, была и строга и доброжелательна. У неё в деканате всегда толпились ребята - поговорить, поплакаться, пожаловаться посоветоваться. И всех она опекала, не зря студенты её назвали факультетской мамой. После неё в деканат пришла Нина Васильевна, которая довольно быстро восприняла все лучшие качества Розы Дмитриевны и возле неё в деканате стали также роиться студенты. Я бы назвал Нину старшей сестрой факультета.

Из всех замов декана необходимо выделить Л.М.Горбунову - всеобщую любимицу на факультете, так рано ушедшую от нас. Кем бы она ни занималась - советскими или иностранными студентами, она отдавалась этой работе целиком, подчас забывая о своей семье, мчалась в общежитие, чтобы уладить очередной конфликт. Поэтому у неё в кабинете, на кафедре, да и дома было полно ребят, которые со своими бедами и вопросами шли и шли к нашей Лёке и всегда уходили обласканными и удовлетворёнными. Светлая ей память!

Всё это вместе взятое: работа факультета, кафедр, проблемной лаборатории, наших научных школ, известных во всём мире, - магниторазведки А.А.Логачёва, моих друзей Г.Ф.Новикова, радиоактивных методов; Е.М.Квятковского - геохимических методов, И.В.Литвиненко - сейсморазведки, привело к тому, что факультет внёс весомый вклад в развитие минерально-сырьевой базы и создание ядерного щита страны. Всё это привело к выпуску нескольких тысяч высококлассных горных инженеров - геофизиков, имеющих высокий рейтинг, как у нас в стране, так и за рубежом, многие из которых стали крупными учёными и организаторами геолслужбы страны.

Один маленький пример. Как-то на заседании комиссии по распределению представитель Красноярского геологического управления слёзно просил: " Дайте мне хоть одну Вашу деву, отдам за неё трёх мужиков - выпускников других вузов. Это дорогого стоит."

Как приятно было нам - преподавателям слышать от наших иностранцев, которые отлично знали характер взаимоотношений между профессурой и студентами в западных вузах, что они попали в совершенно иную атмосферу - товарищества, демократичности, уважения, в особую геофизическую семью, в которой старшие передавали младшим коллегам весь свой опыт и знания. Поэтому те более 300 магистров, подготовленных нами для 53 стран, помнят об этом и достойно занимают ведущее положение в геолслужбе своих стран. Именно у нас родились студенческие партии, в которых работали студенты всех курсов, а руководили преподаватели и старшекурсники. Первая такая партия работала в Забайкалье под руководством моего друга Е.М.Квятковского и собрала там отличную прессу.

А вспомним нашего "Геофизика", семейные и факультетские вечера. Вечера, на которых наши выпускники передавали эстафету традиций первокурсникам. В газете и на вечерах били ключом (иногда через край) остроумие, юмор и сатира целой плеяды талантливых поэтов, художников, композиторов и исполнителей. Какие ядовитые стрелы летели в душек-военных и какие тяжелые награды в виде выговоров разного достоинства ложились на грудь редколлегии и руководства факультета.

И вот теперь, оглядываясь на последние 10 лет, я с горечью и болью в сердце отмечаю: разгромлена некогда самая мощная в мире геологическая служба СССР, как и разгромлена и сама страна. С удовольствием я воспринял слова Путина, высказанные им недавно: тот, кто не жалеет о распаде СССР, не имеет сердца, а тот, кто хочет восстановить его в прежнем виде, не имеет ума. Сказано точно и достойно кандидата в президенты.

Ликвидирован наш славный факультет, исчезли две наши выпускающие кафедры, нет более проблемной лаборатории, потеряны труды десятилетий. Организационно мы оказались отброшенными лет на 70 назад, но тогда были чёткие перспективы, ясные надежды на развитие. Сейчас, слава богу, осталась специальность с приёмом на уровне 1938 года, осталась хоть и маленькая кафедра - росток надежды.

О состоянии производственной геофизики Вам известно лучше моего. Но я хочу привести её стихотворную характеристику. В 1999 году в связи с юбилеем ННИГА был выпущен поэтический сборник. Там помещено стихотворение нашего выпускника 1940 года Ю.С.Глебовского. Вы его хорошо знаете, он работал зам. директора ВИТРа, затем замдиректора ВИРГа, а потом в НИИГА. Опус называется "Крик души".


Вчера мне встретился толковый геофизик
(в разведке проработал 20 лет).
Он пригласил меня в свой ресторанчик,
Пообещав отличнейший обед.
Он не вернётся к нам. Его уже попутал бес:
Недавно приобрёл он новый мерседес.
Другой (он сибиряк и был прекрасный магнитолог),
Тот в дамском ателье судьбу свою нашёл.
Ассигнований нет, бензин безумно дорог.
Такой вот в геофизике прокол.
А между тем нет золота в России,
Запасов мало по другим статьям.
Все ждут прихода сатаны или мессии,
чтоб деньги изыскал и предоставил нам.
Так что же мы творим?! Мы кадры разгоняем!
А сколько надо лет, чтоб кадры воспитать?
Мы разрушать, и любим, и умеем,
и сделанное любим оплевать!
Начальство наверху между собой грызётся…
Портфели делят… Им уж не до нас.
Когда же, чёрт возьми, всё утрясётся?
Когда же геофизик вновь возьмётся
искать руду, алмазы, нефть и газ?!

Встречаясь с выпускниками разных лет, мы вместе с горечью фиксируем: многим из наших пришлось уйти из геологии за невостребованностью, чтобы прокормить свои семьи. Единственным светлым пятном в этой ситуации, как отмечали ребята, является то, что фундамента, заложенного на факультет, всегда хватало, чтобы достаточно быстро адаптироваться к новой работе. Такое положение не только у нас в России. Недавно я получил письмо из Болгарии. Пишет наша выпускница из группы РФР-54. Есть ли здесь из этого выпуска? Вам большой привет от Недялки Игнатовой. Она отлично училась и прославилась тем, что писала по-русски правильнее и грамотнее многих советских. Сейчас она на пенсии, и чтобы прокормить семью, большую часть года живёт в деревне, выращивая всё что можно, и только к зиме возвращаясь к себе в Софию. Вот послушайте, что она пишет через 41 год после окончания ЛГИ. "На пенсию прожить трудно. Никогда не думала, что всё так быстро переменится. Иногда мне кажется, что это не моя София, не моя Болгария, что всё это неправда. Наши доморощенные "демократы" превратили её в придаток чужих стран, разрушили экономику, сельское хозяйство, о науке нечего и говорить. В прошлой жизни и бесплатное образование, и бесплатное лечение. Пенсионеры бедствуют, молодёжь покидает страну, потому что никакой перспективы не видит. Безработных много, очень много. Не знаю, откуда взялось и вылилось столько грязи, злости. Хорошо, даже слишком хорошо, живут разные дельцы, мошенники, подхалимы. Теперь хотят присоединить нас к НАТО, ЕС… Кланяются американским "покровителям".

Не правда ли, знакомая картина?

И далее: "Мы стараемся следить, что происходит в России., интересуемся, переживаем, хотя информация не очень большая и выбранная. Русские газеты найти трудно. Русских программ по телевидению почти нет… Я никогда не забуду Горный институт, Ленинград, друзей, хотя мало с кем поддерживаю связь. Будем оптимистами и надеяться, что в конце концов, в будущем будет свет. Большой привет от всей моей семьи и самые хорошие пожелания."

Мы с Вами тоже не избежали утечки мозгов. Наших выпускников теперь можно встретить в Штатах, Канаде, Израиле, Германии и даже в Австралии. Однако пересадка в чужую матрицу не всегда и не для всех проходит безболезненно. Вот Вам еще одно стихотворение. Пример из того же сборника ННИГА. Вместе с Лёкой учился Слава Волк. Успешно закончив факультет, работал в НИИГА, защитил кандидатскую, докторскую. Но началась перестройка. Его дочь с внучкой уехали в США. Слава, всегда ворчавший на наши порядки, дёргался: уезжать или не уезжать? Уехал. И вот вам "Письмо оттуда", датированное августом 1997. Бостон. США,


Не стремитесь в эмигранты,
Даже если Вы таланты.
Получайте лучше "гранты"
И держитесь как атланты.

Замечательная штука
На плечах держать науку,
Без зарплаты холить внука.
Лишь бы только не разлука!

Родина - одна на свете,
Если даже в ней "не светит",
Ну, а если просят дети.
Вы за них всегда в ответе.

Будьте с ними - не иначе,
Посетите "стену плача"
И любую заграницу,
Бойтесь с ними разлучиться!

Да, устои там другие,
Да, тоска и ностальгия.
Ну, а если просят внуки,
Вы протяните им руки!

В ожидании Мессии
Не уедешь всей Россией.
Так что если шанс остаться,
Лучше с ней не расставаться.

Солнце, словно сердце, бьется
И к России обернётся.
С нею жизнь и с ней таланты,
Не бегите в эмигранты!

Всё это так! А я, несмотря на всё сказанное, остаюсь оптимистом, но не тем, который говорит, что будет ещё хуже. Нет! Я верю в Россию. Она всегда находила силы и подымалась, несмотря на многие катаклизмы, войну и разруху, начиная с ордынского нашествия. Тому залог неистощимое трудолюбие и мощный неистребимый интеллектуальный потенциал нашего народа. Россия воспрянет, но уже при условиях, о которых сказал ещё 600 лет назад Сергий Радонежский. Это было сказано преподобным в XIV столетии, когда Московское государство с юга осаждала Орда, с запада - Литва, а внутри шла "пря" между князьями за "незалежность" и суверенитеты. Не правда ли знакомая картина?! Так вот Сергий говорил: "Возможет народ сам себя принудить к подвигу - воскреснет и не в толикой беде! Не возможет - не помогут ему ни учёность, ни богатство, ни множество людское. Если каждый возможет, хотя посильное ему совершить и совершит, то воскреснет Русь!"

Чтобы возродиться, надо поднять экономику, а это невозможно без минерального сырья. Потому будут ещё в полной мере востребованы наши геологи, геофизики и геохимики. Только бы дожить до этого!

И ещё одно. Когда 29-го на меня обрушился буквально шквал звонков, телеграмм и поздравлений, когда меня особенно достали звонки (более 60-ти) и из Праги, и Иордании, поздравления из Австралии и Антарктиды, я подумал:

- Я счастливый человек! Я не зря прожил свои 80! Спасибо Вам за это!

А на десерт Вам ещё две краткие цитаты. Первая: математик Давид Гильберт сказал, что каждый человек имеет определённый горизонт, когда он сужается, превращаясь в точку, то человек говорит, что это его точка зрения. Вторая: М. Горький ("На дне") - Человек выше сытости! Обратное, добавим мы, ведёт в бездну расширенного материального потребления и духовной опустошенности, куда нас усиленно толкают наши "доблестные" СМИ и западные масс-медиа. Посему, я хочу вам от всей души пожелать:
1. Пусть никогда не сужается, а расширяется Ваш горизонт!
2. Будьте выше сытости!
3. Здоровья и удачи Вам, Вашим семьям по всем азимутам! И ещё раз огромное спасибо за сегодняшнюю встречу!

Ленинградский геофизик